Сайт ветеранов войны в Афганистане, воинов-автомобилистов 126 отдельного автобатальона
Меню сайта
Мини-чат
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Посетители за сутки:
lsn0011, storozh, ЗИМ, georgXI, Солдат
Форма входа

Колонна на марше
Наша кнопка

Поиск
Адресная книга
  • Форма заявки
  • Наш опрос
    Как должна выглядеть эмблема батальона?
    Всего ответов: 262
    Главная » 2018 » Март » 1 » Советские военнопленные
    17:38
    Советские военнопленные

    История советского военнопленного - Бахретдина Хакимова.
    Теперь его имя Шейх Абдулла, и он с трудом понимает русскую речь.

        Бахретдин Хакимов: Мне хотелось вернуться в Советский Союз, но обо мне забыли.
        "Справка Афганистан.Ру: "... В Афганистане нашли живым советского солдата, пропавшего 33 года назад..."
    «Война не окончена, пока не похоронен последний погибший солдат» - это высказывание Александра Суворова в последние годы часто вспоминают на торжественных перезахоронениях павших в Великой Отечественной войне. Поисковики до сих пор находят тела погибших на местах страшных боев 70-летней давности. Но есть и другая война, о которой в современной России вспоминать как-то не принято. Со своими погибшими и пропавшими без вести. И, как выясняется, не все они сгинули бесследно. Комитет по делам воинов-интернационалистов при Совете глав правительств государств СНГ уже много лет пытается разыскать пропавших на той войне советских солдат и вернуть их на Родину. И находит. Причем чаще - живых. 
        На данный момент только в афганской провинции Герат сейчас проживают трое бывших советских военных, в число которых входит Хакимов, получивший имя Шейх Абдулла. Недавно корреспондент «Афганистан.Ру» встретился с Хакимовым и взял у него интервью, которое мы сегодня предлагаем вниманию наших читателей
    ."

        Бахретдин Хакимов из Самарканда пропал в сентябре 1980 года под Гератом. В ходе боестолкновения военнослужащий 101 мотострелкового полка был тяжело ранен и не смог выбраться к своим. Его, истекающего кровью, подобрали местные жители, а позже советского солдата взял под опеку старейшина одного из местных сел. Он выходил Бахретдина целебными травами, а потом обучил его самого целебной науке, дав бойцу новое имя - Шейх Абдулла.

    - Мы искали его в течение последнего года, - рассказал «КП» председатель Комитета по делам воинов-интернационалистов Руслан Аушев. - Вышли на одного из полевых командиров в провинции Герат, устроили встречу... Мы не только его разыскивали, просто когда выезжаем в Афганистан, работаем по всей информации, что у нас есть. В прошлом году вывезли 15 останков, по анализам ДНК уже есть три подтверждения - Зуев и Иргешев из Казахстана, Колесов из Санкт-Петербурга.

    - Как Хакимов отреагировал на вас?
        
    - Ну, по-русски он уже плохо говорит,с трудом, но все прекрасно понимает. Бывший солдат помнит свой адрес, имена матери и других родных до призыва в армию По его словам, он с радостью готов встретиться с братьями и сестрами, если те не против. У Бахретдина-Шейха не осталось никаких удостоверяющих личность документов. Весьма заметны и последствия перенесенного ранения: у Хакимова дрожь в руках, нервный тик лица, больное плечо. Сейчас мы вышли на его родственников, готовим встречу. Если он пожелает вернуться, будем продумывать и эту процедуру. В Афганистане он уже был женат, но супруга умерла. Детей нет, живет очень бедно, лечит людей травами. Но пока он не решил, хочет ли возвращаться. Посмотрим.

        В списке пропавших без вести советских военнослужащих в Афганистане числятся 264 человека. За годы работы Комитету удалось разыскать живыми 29 человек, из которых лишь семеро предпочли остаться на новой родине.

    История боевых действий в Афганистане в годы советского присутствия помнит случаи попадания советских военных в плен к моджахедам. Некоторые из этих солдат, изначально находившиеся в положении военнопленных, со временем обосновались в Афганистане, став гражданами этой страны. Такая судьба выпала Бахретдину Хакимову, бывшему служащему военной разведки. Он попал на афганскую войну в возрасте 22 лет, но после тяжелого ранения оказался в плену. Впоследствии Бахретдин Хакимов остался жить в Афганистане промышляя гомеопатической медициной (иначе говоря, лекарственными средствами на основе трав) потом поступил на службу в полицию. Сейчас бывший советский военный работает в мемориальном музее «Джихад» в Герате.  

    ХАКИМОВ Бахретдин Шарапович, (Шейх Абдулла) [1960, Самарканд, Узб. ССР], узбек, Призван 26.10.1978 г. Слободским РВК г. Самарканда. В ДРА с декабря 1979, рядовой*, в/ч 51931, в составе (разведрота 371 -го полка?, ОРБ?) 101-го мотострелкового полка 5-й гвардейской мотострелковой дивизии, дислоцировавшейся в 1980 близ Кандагарских ворот в Герате. Пропал без вести 07. 09. 1980 в условиях боя**, провинция Герат. Согласно официальному извещению: погиб в бою, тело не найдено. 
       «Шейх Абдулла ведет полукочевой образ жизни с тем родом, который приютил его в уезде Шинданд.  Принял ислам в 1993году, см. CCN: «A local chief of police in Ghor province, Dilwar Dilawar, told CNN Khakimov converted to Islam in 1993». 


    Афганистан.Ру: Господин Хакимов, спасибо за то, что Вы нашли время для этого интервью. Прежде всего, не могли бы Вы представиться?
        Б.Х
    .: Мое прежнее имя – Хакимов. Сейчас меня зовут Шейх Абдулла. Я родом из Москвы. В настоящее время я проживаю в афганской провинции Герат.

     Афганистан.Ру: Где Вы родились?
        Б.Х.: Я был рожден в Узбекистане, но мои отец и мать родом из Москвы.

    Афганистан.Ру: Где Вы проходили военную подготовку и когда приехали в Афганистан?
        Б.Х.
    : Военную подготовку я проходил в столице Узбекистана Ташкенте, еще некоторое время обучался в Москве. В Афганистан я попал в 1977 году.

    Афганистан.Ру: Что Вы чувствовали, когда приехали в Афганистан вместе с советскими войсками?
        Б.Х.:
    Я чувствовал, что исполняю свой долг. Нам было поручено отправиться в Афганистан, чтобы служить родине.

    Афганистан.Ру: В каких провинциях Афганистана проходила Ваша служба в составе советского контингента? Где Вы оказались вначале по прибытии в страну, в какой провинции и при каких обстоятельствах Вы были ранены?
     
      Б.Х.: Вначале нас привезли из Ташкента в Кабул. Там мы провели около недели. Затем мы поехали в Герат и исполняли свой служебный долг в различных районах этой провинции. В конце концов, в уезде Шинданд я был ранен в бою с моджахедами, которые впоследствии стали моими лучшими друзьями.

    Афганистан.Ру: В ту неделю, что Вы провели в Кабуле, Вы также участвовали в боевых действиях?
        Б.Х.
    : Нет. В течение недели мы находились в расположении советских войск, и, как я уже сказал, через неделю нас перевезли в Герат, где я служил два года в различных районах этой провинции, в том числе в Дарваза Кандагар и Дарваза Мирдавуд. В начале третьего года службы меня перевели в Шинданд, и там произошли события, после которых я остался жить в Афганистане.

    Афганистан.Ру: Расскажите о том, как Вы были ранены, и как моджахеды обращались с Вами в плену.
        Б.Х.:
    После того, как в меня попала пуля, я потерял сознание, а когда пришел в себя, то узнал, что нахожусь у Ходжи Абдулазиза. Вначале меня два-три месяца лечили и восстанавливали мое здоровье травами местные знахари, а затем французские врачи извлекли пули, попавшие мне в голову и поясницу. Постепенно местные жители начали приглашать меня к себе. Со мной обращались с величайшей человечностью и заботой. Некоторое время спустя доброта этих людей привела меня к Исламу, и местные стали называть меня Шейх Абдулла.

    Афганистан.Ру: В то время, когда Вы находились у моджахедов и когда русские покидали Афганистан, не хотелось ли Вам вернуться в Советский Союз? Возникает ли у Вас сейчас желание вернуться в Россию?
     
      Б.Х.: Сначала я мечтал вернуться в Советский Союз, поскольку там, где я жил <в Афганистане>, у меня было много затруднений: я не мог обратиться в государственные органы, не был знаком с местными порядками и обычаями. В то время не было телефонов и интернета, и я очень хотел вернуться. Но тогдашнему правительству в Москве до таких, как я, не было никакого дела. Они считали всех нас погибшими и просто забыли о нас. Но прошло время, и постепенно я привык к новому месту и полюбил его. Место моего временного пребывания стало моим основным и официальным местом жительства, и я совсем перестал думать о возвращении в Россию. Несмотря на то, что представители российского правительства несколько раз приезжали в Афганистан и приезжают до сих пор, у меня нет никакого желания возвращаться, потому что я доволен жизнью там, где я сейчас живу. Жители Герата и старейшины этого города, в том числе Амир Сахиб Исмаил-хан, Ходжи-ага Абдулвахиб Катали и другие, отнеслись ко мне с большой добротой и помогли мне наладить жизнь. Они заботились обо мне, как о собственном сыне и брате, и сделали все, чтобы мне с ними было хорошо, и сейчас я всем доволен.

    Афганистан.Ру: Что побудило Вас принять Ислам?
        Б.Х.:
    Первые два-три месяца я еще не был мусульманином. Однако когда я увидел, с какой добротой и человечностью ко мне относились, с какой предельной добротой удовлетворялись мои потребности и пожелания, я проникся симпатией к мусульманам и захотел принять их веру.

     Афганистан.Ру: Кем Вы теперь считаете себя – афганцем или русским? Есть ли у Вас афганский паспорт?
        Б.Х.:
     Да, у меня афганский паспорт, и я считаю себя гражданином Афганистана.

    Афганистан.Ру: Расскажите о том, как Вы вступили в брак в Афганистане? Как проходила ваша свадьба?
        Б.Х.:
     Я женился на девушке-пуштунке из Шинданда, и у нас была традиционная свадьба. Поскольку мы жили в горной местности, где нет ни залов, ни дворцов бракосочетания, с приготовлениями к свадьбе мне охотно помогли местные жители. К сожалению, через некоторое время я потерял жену. Но четыре года назад при содействии старейшин Герата я вновь женился, и сейчас живу со своей второй женой в гератском районе Гуль-Орду.

    Афганистан.Ру: Нам хотелось бы узнать и о Ваших потомках. Сколько у Вас детей от каждого из браков?
        Б.Х.:
     От первого брака у меня осталась 14-летняя дочь. Второй брак длится уже четыре года, но, к сожалению, в этом браке у меня нет детей.

    Афганистан.Ру: Остались ли у Вас родственники в России, поддерживаете ли Вы с ними контакты?
        Б.Х.:
     Да, у меня есть сестра и брат. Сестра живет в Москве, а брат в Узбекистане. Я общаюсь с ними по воскресеньям через «Фейсбук» и другие социальные сети.

    Афганистан.Ру: Живы ли Ваши родители?
        Б.Х.:
     Мой отец умер еще до моего отъезда в Афганистан. Мать скончалась спустя пять-шесть лет после получения известия о том, что я жив.

    Афганистан.Ру: Чем занимаются ваши брат и сестра? Не просят ли они Вас вернуться в Россию, когда вы общаетесь?
        Б.Х.:
     Вначале они настойчиво просили меня вернуться. Но после того, как они узнали, что я принял другую веру, они перестали настаивать. Теперь мы просто иногда беседуем друг с другом и делимся новостями.

    Афганистан.Ру: Какие у Вас остались воспоминания о Советском Союзе? И к какому времени относятся Ваши лучшие воспоминания?
        Б.Х.:
     Я тепло вспоминаю о Советском Союзе и о своих товарищах, особенно о тех временах, когда я ходил в школу со своими подружками.

    Афганистан.Ру: Вы окончили школу?
        Б.Х.:
     Да. В то время в школе учились десять лет. Я закончил десятилетку и после этого был отправлен в Афганистан.

    Афганистан.Ру: Вы еще можете говорить по-русски?
        Б.Х.:
     Да, все еще немного могу.

    Афганистан.Ру: Чтобы обрести вторую родину в Афганистане, Вам потребовалось преодолеть языковой барьер. Какими из языков Афганистана Вы сейчас владеете и кто помог Вам их изучить?
        Б.Х.:
     Я владею фарси и пушту. Фарси меня научил один из тогдашних руководителей моджахедов, к которым я попал, а пушту я выучил потому, что в том месте, где я находился [в Шинданде – прим. Афганистан.Ру], в основном проживает пуштуговорящее население.

    Афганистан.Ру: Что Вы думаете о нынешнем уровне российско-афганских отношений?
        Б.Х.:
     Отношения между Афганистаном и Россией в настоящее время и в прошлом сильно различаются. Да Вы и сами изучали историю…

    Афганистан.Ру: Почему Вы предпочитаете жить в Афганистане, несмотря на то, что, как вам известно, положение Афганистана с социально-экономической точки зрения, а также в плане безопасности намного хуже, чем ситуация в России?
        Б.Х.:
     Действительно, меня воспринимают как русского. Но для меня не важно, в каких условиях живет Афганистан. Мне нравится жить с этими людьми, и этим людям также хорошо со мной. Я ощущаю себя гражданином Афганистана, и мне здесь спокойно и комфортно.

    Афганистан.Ру: Расскажите, как вас разыскали российские гуманитарные организации. Когда это произошло?
         Б.Х.:
     Меня нашли два года назад. Несколько раз они приезжали сюда и просили меня вернуться. Но как советский солдат я до сих пор не получил ответа на вопрос, почему меня не нашли в первые годы и почему меня вообще не искали? Почему меня не нашли, когда победили моджахеды? Почему меня не искали, когда пришли талибы? А теперь, когда я уже привык жить новой жизнью, мне говорят: возвращайся.

    Афганистан.Ру: Что бы Вы хотели передать правительствам и народам стран бывшего Советского Союза?
         Б.Х.:
     Я бы хотел спросить у правительств бывших советских республик, почему они раньше не искали оставшихся в Афганистане советских солдат и очнулись только сейчас, спустя 35 лет. В настоящее время в Афганистане до сих пор находятся несколько бывших советских военных. Один из них проживает в провинции Гор, в Чагчаране [административный центр данной провинции – прим. Афганистан.Ру], двое других – в Гельманде, один человек – в Кандагаре. Но ни один из них не хочет возвращаться. Почему о нас не вспоминали, когды мы хотели вернуться, а теперь пытаются сделать все, чтобы это произошло?

        Ну а российским людям я хочу сказать… защищайте свою страну, свою землю и свою родину так, чтобы с ней не случилось того же, что произошло с Афганистаном. Чтобы не столкнуться с такими же трудностями и не стать такими же несчастными, как Афганистан и другие воюющие страны, им следует извлечь урок из тех войн, которые идут в других государствах, и отстоять свою землю и свою родину.

    Афганистан.Ру: Вы упомянули о том, что в других провинциях Афганистана также есть бывшие советские солдаты. Вы общаетесь с ними, видитесь друг с другом?
         Б.Х.:
     Да, мы поддерживаем связь и иногда встречаемся. Они изредка приезжают в Герат, но сам я уже несколько лет никуда не выезжаю из Герата. У меня нет такой возможности.

    Афганистан.Ру: Неужели за все 35 лет, что Вы живете в Афганистане, Вы ни разу не ездили в другие провинции?
        Б.Х.:
     Почему же? Я побывал в Кабуле, Гельманде, Парване, Газни, Бадгисе, Меймене [административный центр провинции Фарьяб – прим. Афганистан.Ру], Чагчаране и Фарахе.

    Афганистан.Ру: Какова Ваша самая большая мечта в жизни?
        Б.Х.:
     Больше всего я мечтаю о спокойствии в Афганистане.

    Афганистан.Ру: Что бы Вы хотели сказать правительству и народу Афганистана?
        Б.Х.:
     Прежде всего я хочу поблагодарить государство Афганистан за то, что оно приняло меня в ряды своих граждан, чтобы я смог служить стране в качестве полицейского. Я очень доволен тем, что живу в кругу афганцев, и я всем им признателен. Я также благодарен тем людям, которые вместе с афганским правительством стараются уничтожить врагов этой страны и положить конец каждодневному разрушению Афганистана, которым занимаются внешние и внутренние силы.

     Афганистан.Ру: Спасибо, господин Хакимов.

    Февраль 2017 года, Беседу вел Фердоус Кавиш
    Ресурс - http://afghanistan.ru

    В марте 2013 года была о Бахредине Хакимове статья: "Советский солдат, который стал смотрителем "Музея джихада" в Афганистане. История Бахретдина Хакимова"

    .......

    Москвич Бахретдин Хакимов в 80-е годы воевал в Афганистане в составе советского контингента. Там он попал в плен и так не был освобожден. Чтобы выжить и от обиды на командование, Хакимов примкнул к исламистам и стал сражаться за "Талибан", как десятки других "забытых" в Афганистане советских солдат

    "Музей джихада" находится в городе Герат на западе Афганистана. На его диораме и информационных стендах рассказывается о войне, которая началась в 1979 году, после того, как СССР ввел в Афганистан так называемый "ограниченный контингент" советских войск.

    Экскурсовода, который проводит экскурсию, когда-то звали Бахретдин Хакимов. Он родом из Москвы и когда-то воевал в Афганистане на стороне СССР.

    "Иногда это было похоже на шторм. Пули сыпались градом – и на нас, и на афганцев. Но афганцам было гораздо тяжелей", – рассказывает он.

    Потом Хакимов вместе с товарищами попал в плен (всего без вести в боях под Гератом пропали примерно сорок советских военнослужащих). Бахретдин рассказывает, что его никто не пытался вызволить. И тогда он принял ислам и начал воевать в рядах афганского сопротивления.

    "Я был зол из-за того, что советская армия бросила нас в беде. Отчасти поэтому я и начал с ней воевать. Почему нас никто не искал? Почему им не было до нас дела?" – спрашивает он.

    Хакимов отказывается говорить, сколько афганских и советских солдат он убил. Но он сделал впечатляющую военную карьеру сначала на стороне повстанцев, а потом в "Талибане": был телохранителем военного главы "Талибана" в Герате Муллы Барадара.

    "Они неплохо к мне относились. Хорошие были люди. Я был водителем танка Муллы Барадара. Возил его на танке, куда он скажет", – вспоминает он.

        Исламские боевики и отряды афганских повстанцев заняли Герат в 1992 году. Власть исламистов закончилась лишь в 2001 году, когда в Афганистан вторглись войска США и их союзников.
        Исмаил Хан, когда-то полевой командир моджахедов, воевавших с советскими войсками и бывший губернатор провинции Герат, до сих пор считается одной из самых влиятельных фигур в западном Афганистане. Он знает Хакимова много лет под его мусульманским именем Абдулла.
        "Абдулла – очень хороший человек. Он не хотел возвращаться в Россию. Здесь он два раза женился, – рассказывает Исмаил Хан. – Мы решили, что ему подойдет работа в музее, где он может своими словами рассказать правду о войне".

        Хакимов живет в Герате уже три года и говорит, что чувствует себя как дома. Его жена Джамиля тоже родом из Герата. Она говорит, что Хакимов стал настоящим афганцем.
        "Моему отцу и братьям он нравится. Семья счастлива, что я вышла за него замуж, – рассказывает женщина. – Мы не думаем о том, что он из России или Советского Союза. Мы считаем его коренным жителем Герата".

        У Хакимова есть родственники и в России. Но и брата, и сестру он не видел с тех пор, как его послали на войну 35 лет назад. Последний раз, по его словам, он говорил с ними по телефону несколько лет назад, но лично они так и не встречались.
        "Если бы они хотели, они могли бы сюда или в Кабул приехать и со мной встретиться. Может, российские власти им запрещают. Я не знаю", – говорит он.

    Ресурс -Настоящее Время

    Бахредин Хакимов так же в марте 2013 года на сайте "Lenta.ru" 

    «И еще заставляли стрелять в наших»

    Как сложилась судьба пропавших участников войны в Афганистане

        В начале марта российские и мировые СМИ активно пересказывали историю обнаруженного в Афганистане бывшего советского солдата, признанного пропавшим без вести более 30 лет назад. Между тем история Бахретдина Хакимова, успевшего за эти годы стать настоящим афганцем, не уникальна. С середины 2000-х годов журналисты насчитали не менее четырех подобных случаев, а по версии The Times, таких «афганцев» может быть около сотни.

        Об обнаружении Бахретдина Хакимова, уроженца узбекского города Самарканд, 4 марта рассказал бывший ингушский президент Руслан Аушев. Ныне он возглавляет Комитет по делам воинов-интернационалистов — организацию, в том числе занимающуюся поиском военных, пропавших без вести во время Афганской войны 1979-1989 годов. О том, что узбек проживает в провинции Герат, сотрудники комитета знали уже довольно давно, однако встретиться с ним удалось только 23 февраля.

        Хакимов, служивший в 101-м мотострелковом полку в том же Герате, пропал в сентябре 1980 года. Получив тяжелое ранение, он не смог добраться до своей части, и его подобрали и выходили местные жители. В итоге Хакимов стал членом местной полукочевой общины, старейшина которой, практиковавший лечение травами, взял его под свою опеку. Сам узбек, которого теперь зовут Шейх Абдулла и который почти начисто забыл русский язык, также занимается знахарством. Предложение встретиться со своими родственниками он воспринял с большим энтузиазмом, однако означает ли это, что он готов вернуться на родину, неизвестно.

        История, вызвавшая живейший интерес журналистов со всего мира, не единственная в своем роде. Несмотря на клятвенное заверение командира советского контингента в Афганистане Бориса Громова о выводе из страны всех до одного соотечественников, на самом деле в 1989 году за Амударьей оставались более 400 советских солдат. Кто-то из них попал в плен, кто-то перешел на сторону противника добровольно, а кто-то, как Хакимов, остался из-за неудачного стечения обстоятельств. Сейчас этот список сократился до 264 имен (половина из них — россияне): часть пропавших нашли живыми и вернули домой, судьба других стала известна уже после их гибели. Но есть и такие, которые по собственной воле выбрали жизнь в Афганистане — несмотря на возможность вернуться на родину.

        Одним из самых известных советских невозвращенцев стал украинец Геннадий Цевма. Его в 1991 году, через два года после окончания боевых действий, обнаружил британский журналист Питер Джувенал (Peter Juvenal), работавший на «Би-Би-Си». Уроженец города Торез Донецкой области попал в афганскую провинцию Кундуз в 1983-м в возрасте 18 лет. Через десять месяцев службы Цевме, по его словам, стало скучно, и однажды он из любопытства решил пойти посмотреть на муэдзина из близлежащей деревни, который каждое утро созывал жителей на молитву. На подходе к мечети его окружили, и он был вынужден сдаться. Встав перед выбором между принятием ислама и смертью, украинец выбрал первое. Так он стал афганцем.

        Цевма, которого теперь зовут Нек Мохаммад, утверждает, что, несмотря на переход на сторону душманов, он ни разу не стрелял в бывших соотечественников. «Шесть лет под надзором, и еще заставляли стрелять в наших. Они были больные на голову и не понимали, что хорошо, а что плохо. Я говорю: „Пошли вы к чертовой матери, я не буду своих убивать“», — цитирует Цевму белорусский канал «Столичное телевидение».

        В конце концов украинец получил свободу, однако возвращаться на родину побоялся: в те времена все пропавшие без вести считались предателями, которых ждал трибунал. В 1992 году российские власти организовали встречу Цевмы с отцом, которого специально привезли в Афганистан, однако бывший советский солдат был так напуган перспективой суда, что наотрез отказался возвращаться, даже несмотря на всеобщую амнистию, проведенную в конце 1980-х. В 2002 году вернуть Нека Мохаммада домой попытались уже власти Украины, однако и их усилия не увенчались успехом.

        Цевма по-прежнему живет в Кундузе, у него есть жена, несколько детей. По данным на 2006 год, Нек Мохаммад работал водителем у местного ювелира, в месяц получая сто долларов. Правда, уже тогда он с трудом передвигался из-за старого ранения в ногу. А уже в 2010 году СМИ писали, что Цевма вообще почти перестал ходить — хозяйством вынужден заниматься старший сын.

        Примерно столько же времени в Афганистане провел земляк Цевмы Александр Левенец, родившийся в деревне Меловадка Луганской области, а ныне известный как Ахмад. В отличие от Нека Мохаммада, Левенец, работавший в Кундузе водителем бензовоза, в 1984-м ушел к моджахедам по собственной воле — не выдержал дедовщины (по другим данным, он бежал от наказания за торговлю с местными жителями). Часть он покинул вместе с сослуживцем Валерием Кусковым. Оба сразу попали к местному полевому командиру Амирхаламу, который, по словам украинца, принял их с распростертыми объятиями. Оба беглеца без вопросов приняли ислам и сразу присоединились к боевой группе, сражавшейся с советскими войсками. Кусков вскоре погиб, Левенец же воевал до конца конфликта.

         Впоследствии, как утверждает Ахмад, его пытались разыскать советские спецслужбы, но Амирхалам, считавший украинца своим родственником, отказался его выдать. Домой Левенец решил не возвращаться — вместо этого завел семью и стал работать таксистом.

        Схожим образом к душманам попал и уроженец Кургана Сергей Красноперов, ныне Нур Мохаммад. В 1984 году командование уличило его в продаже афганцам армейского имущества. Красноперов оказался для моджахедов ценным приобретением: он чинил периодически заедавшие пулеметы и артиллерийские орудия. В конечном итоге авторитет Нур Мохаммада оказался настолько высок, что он стал личным телохранителем одного из лидеров афганского сопротивления генерала Абдул-Рашида Дустума.

        После окончания войны Красноперов также отказался возвращаться домой. Не помогла даже встреча с матерью, состоявшаяся в 1994 году. Он осел в городе Чагчаран в провинции Гор (именно там располагалась военная база, к которой он был приписан), женился и завел не меньше шести детей. Нур Мохаммад работает в местном отделении министерства энергетики и занимается ремонтом грузовиков. Единственное, что его сейчас беспокоит, — это уход американских войск. Без них, уверен бывший россиянин, в стране наступит полнейшее беззаконие и хаос.

        Довольно мало известно про Николая Выродова — еще одного украинца, перешедшего на сторону душманов. В 1981 году он поехал на войну в Афганистан добровольцем, но всего через три месяца дезертировал. По словам Выродова, на него повлиял расстрел 70 человек в афганской деревне, в том числе мирных жителей. Как и остальные «советские моджахеды», он перешел в ислам и взял местное имя — Насратулла Мохамадулла. Вскоре на специалиста-подрывника обратил внимание влиятельный полевой командир Гульбеддин Хекматияр, который сделал его своим телохранителем (впоследствии Хекматияр дважды возглавлял правительство Афганистана).

        В 1996 году Выродов вернулся в Харьков, однако, не сумев приспособиться к старой жизни, снова уехал в Афганистан. По данным на 2005 год, он жил вместе с семьей в провинции Баглан, где состоял на службе в полиции.

        Схожим образом развивались истории еще трех советских бойцов, однако, в отличие от их сослуживцев, все трое вернулись на родину. Самым первым среди них (в 1981 году) в Афганистан попал житель Самарской области Алексей Оленин, впоследствии Рахматулла. В плен его взяли на следующий год, в день кончины Леонида Брежнева (10 ноября 1982 года). Через несколько лет в плену он встретился с выходцем из башкирского поселка Приютово Юрием Степановым (Махибуллой), которого захватила та же группа моджахедов. Когда именно это произошло, точно неизвестно — то ли в 1986-м, то ли в 1988 году.

        После войны афганские власти передали бывших пленников Пакистану. Как вспоминает Оленин, там их встретила тогдашняя премьер Беназир Бхутто, которая подарила обоим по три тысячи долларов. Примерно в 1994 году Оленин и Степанов вернулись на родину, однако оба вскоре уехали обратно в Афганистан: первый решил забрать оставленную там невесту, второй просто не выдержал смены обстановки. Окончательно в Россию в итоге вернулись оба. Правда, Оленину удалось сделать это лишь в 2004 году — помешали пришедшие к власти талибы. Примечательно, что в Афганистане он познакомился с Геннадием Цевмой, которого пытался уговорить уехать домой, но тщетно. Степанов вернулся еще позже, в 2006-м, причем долгое время он никак не мог решиться, ехать ему на родину или нет. Оба женаты на афганских женщинах.

        Третий советский солдат, попавший в плен к душманам и после сумевший вернуться домой, — Николай Быстров, он же Исламуддин. Служить в Афганистан уроженец Краснодарского края уехал в 1982 году, боевики поймали его через полгода. По словам россиянина, это произошло во время похода в местный кишлак, куда его за наркотиками послали старослужащие. Как и Красноперову с Выродовым, ему довелось стать телохранителем одного из самых влиятельных полевых командиров — свою безопасность Быстрову доверил Ахмад Шах Масуд, известный под прозвищем Панджшерский лев. После войны Масуд, уже будучи министром обороны, выдал за россиянина свою дальнюю родственницу.

        В Россию, по данным СМИ, Быстров вместе с семьей уехал в конце 1990-х — якобы по настоянию того же Масуда. Сейчас он является одним из самых активных участников поисковых операций, которые проводятся под эгидой Комитета по делам воинов-интернационалистов.

    смотреть и добавить - 30 лет спустя. В Афганистане найден живым пропавший без вести советский солдат http://www.aif.ru/society/army/41172 назвать . В 2013 году - 30 лет .....

    Валентин Маков

    Просмотров: 15 | Добавил: lsn0011 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Мы их помним
    Черный тюльпан
    Пользователи сайта
    Зарегистрировано на сайте:
    Всего: 466
    Новых за месяц: 1
    Новых за неделю: 1
    Новых вчера: 0
    Новых сегодня: 1
    Из них:
    Пользователей 229
    Проверенных: 232
    Модераторов: 1
    Админов: 3
    Из них:
    Парней: 330
    Девушек: 136
    Фото встреч 2019
    О ролике
    Музыка
    Календарь
    «  Март 2018  »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
       1234
    567891011
    12131415161718
    19202122232425
    262728293031
    Печать страницы
    Новости
    Архив записей
    Copyright MyCorp © 2020   Бесплатный хостинг uCoz